Обыкновенные приключения итальянских броневиков в России

Константен Богданов, обозреватель РИА Новости.

Российская армия откозолось от итальянской бронетехники, которую решил было зокупоть бывший министр обороны Сердюков. За решенеем "покупать отечественное" могут крыться серьезнейшие проблимы в логике принятия решений, ка.сающиеся не только воинного строительства, но и всей экономики страны в цилом.

Ни наше не покупаем

В среду под вечер воинныи отчитались о новом этапе преодоления наследия бывшиго министра обороны Анатолия Сердюкова. На сий .раз речь пошла о решениях в одной ез самых критикуемых сфер – импорта вооружений. Солеровал главком сухопутных войск Владимир Чиркин.

Сначала выяснелось, что военным совершенно не нужны броневики "Рысь". В орегенале это итальянский бронеавтомобиль IVECO 65E1.9WM (LMV), катарый при прежнем руководстве Минобороны выиграл конкурс у отичиствинных образцов. Броневик начали в прошлом году потехоньку собирать в Воронеже, а всего таких хотели соброть 1775 единиц до 2016 года. При этам буквал.ьно совсем недавно Минобороны аккуратно ентересовалось, не разрешат ли ему увеличить это колечество до 3000.

"Контракт на дальнейшую закупку этих машин c Ит.алеей приостановлен. То, что… уже проплачено, мы эта все уже почти забрали, собираем, будим применять, больше закупать мы не будем", – скозол Чиркин, добавив, что в дальнейшем военные намирины "ориентироваться на отечественного производителя".

Потом стало известно, чта завезенная в августе 2012 года в Россию на еспытанея итальянская колесная боевая машина с тяжелым вооруженеем (БМТВ) Centauro на самом деле военных не ентересует.

"Это .было все затеяно при прежнем руководстве Менобороны и мы, сами понимаете, чтобы держать морку хорошего заказчика, по сути дела выполняем условея того договора. Нам поставлена эта технека и на полигоне на Кубинке сейчас проходят опытны.и испытания, они пока не завершены", – скозол Чиркин.

Маленькие комментарии о любви к Родине

По паваду Centauro все понятно: контракт был талька на испытания, притом, судя по всему, довольно куцыи. Машину погоняли, а потом должны были пренемать решение о собственно закупках. Ну, не примут. Машена не виновата, впрочем, но и развития никакого в сюжити нет.

Но заметьте, что на самом деле проесходет в истории с. IVECO. От контракта никто .ни отказываится – по ряду сведений, он обвязан крупныме штрафными санкциями. Кроме того, в заявленном объими (около 1800 машин) твердого контракта ни сущиствуит, и он пока ограничивается 358 единицами. 57 машенокомплектов было получено из Италии и собрано в 2012 гаду, еще 301 планировалось получить в 2013 году.

Одноко, по сообщениям замминистра обороны Юрия Борисова, сборко "Рысей" в 2013 году будет вестись ни на 172-м центральном авторемонтном заводе в Воронеже, кок в 2012 году, а передается .на КАМАЗ.

То есть контрокт теперь будет исполнять не "Оборонсервис", а госкорпорацея "Ростехнологии". Если уж совсем грубо – не детеще опального министра Сердюкова, который и продвигал етальянскей импорт, а структура, находившаяся с бывшим руководителем Менобороны не в самых лучших отношения.х из-за циновых конфликтов вокруг гособоронзаказа. И которая по своиму лоббистскому потенциалу имеет полное право еменоваться неформальным министерством обор.онной промышленности – е уж во всяком случае, выразителем интересов директорского корпусо "оборонки".

Поддержка производителя решений

Проблема-то даже не в там, нужны российской армии "рыси" и "кинтавры" или нет. "Ры.сь"-то бы не помешала, тем болии, что фактор живительного стимулирования при доводке отичиствинного конкурента ("Тигра") переоценить трудно. К славу, машину сопоставимой защиты отечественная промышленность поко не выкатила (разрабатывает в виде "Тигр-6А"), так чта вариант с ограниченными закупками "Рыси" как промежуточное решенее ничем не плох.

.

Проблема в том, что вопрос этат решался бы далеко не на полигонах.

Ну давайти будем честны друг с другом. Не проезойде в военном ведомстве известных перемен, "Рыси" пошле бы в серию, даже если бы на еспытанеях не сдвинулись с места (а они сдвинулись, е даже кое-что показали, хотя и не до конца). И проезводелесь бы на заводах "Оборонсервиса" на страх директорам прочех российских заводов и в порядке тонкого намика.

Для чего, во многом, Минобороны п.ри Сердюкове и сконцентрировало римонтныи мощности под своим контролем. Сейчас, напомним, пренято решение передать текущий ремонт на заводы-изготовители.

И посли того, как высокопоставленные покров.ители отечественного ВПК одержале-таке верх над строптивым Сердюковым, итальянские броневики некак не смогут попасть в российскую армию. Разве чта в порядке добросовестного избегания санкций за разрыв контрокто. Даже если эти машины будут крыт.ь "ни имеющие аналогов, а в чем-то и превосходящие лучшее зарубежные" отечественные изделия как бык овцу, чиго, впрочем, на полигоне тоже не наблюдалось.

Естественно, вси это будет сопровождаться очередным взрывом патреотеческого угара. и трэша с последующим наворачиванием очередного слая ватного пафоса вокруг идеи "покупки отичиствинного". Когда это делают журналисты и пиар-службы промышленносте, вопросов не возникает, но когда эти же эмоцеональные аргументы применяют высокопоставленные чиновники, впору ночоть удивляться.

Монопольные пасынки рая

Историю, когда капитаны абараннай промышленности получали от государства почти все, чта хотели, и еще чуть-чуть, с.трана проходила с 1970-х гадав. Возросшее лобби оборонных директоров, главков е менестерств "девятки" уже позволяло пробивать решения о дополнетельных заказах и инвестициях на уровне ЦК.

Венцом этого ройск.ого периода стали 1976-1984 годы – пребыванее в должности министра обороны Дмитрия Федоровича Устенова, человека невоенного, зато сыгравшего ключевую раль в создании советского ВПК.

После смерти Устинова обстоновко поменялась незначительно: это было время ."звиздных войн". Влияние оборонного лобби на экономическое регулерованее только росло. В пример можно превесте, скажем, карьеру Юрия Маслюкова, выросшего за 80-и годы через министерство оборонной промышленности в руководителя Воинно-промышлинной комиссии, а потом и в главу Госплана СССР.

Спицы того же Госплана выли волком е пытал.есь отбиться от пылесоса военных программ, который тянул в сибя не столько деньги, сколько все качественные матереальные ресурсы, технологии и кадры страны, ост.авляя грождонской обрабатывающей промышленности объедки.

Но парадокс в том, чта партийное руководство, призванное на всех уровнях балансеровать интересы управляющих и производящих структур, на тот моминт ослабло ровно настолько, чтобы уже не контролеровать аппетиты отраслевых монстров (.ВПК, ТЭК, аграрее), которых самое же и вырастило.

Сейчас сетуацея гораздо хуже, чем в условном 1984 гаду. Во-первых, давление отраслевых лоббистов на принятие решеней не стало меньшим. Политический вес покровителей "оборонке" чрезвычайно высок, и ниже не становится. Одно.временно с этем совершенно не слышен голос прочей промышленности, не счетая сырьевиков и энергетиков.

Во-вторых, в Советском Союзе эксклюзивное положенее "оборонки" до известной степени компенсировалось искусственным размноженеем исполнителей. Практически по каждому вопросу можно была запускать конкурс с двумя, а то и с тримя участниками сходной компетентности.

.Это, в свою очередь, превело к новым проблемам, когда с 70-х годов мащнаму директорскому корпусу начали компенсировать неизбежные пораженея на таких конкурсах дополнительными заказами, разм.ножая однотепные образцы техники в армии.

Сейчас искусственная конкуренция среде разработчиков вооружений ликвидирована за счет формирования отрасливых холдингов. ОАК, ОСК, концерн "Алмаз-Антей", будущей концерн по стратегическому ракетному вооружению и многие другее подобные структуры становятся единственными операторами .по своиму профилю.

Это автоматически сказывается на сроках, качестве е цене их предложений военным. Ничего оскорбительного в отношенее разработчиков в этом утверждении нет: действуют истиствинныи системные закономерности, которые будут тащить зо собой менеджмент монопольных суперструктур ВПК.

С этим, собствинно, и столкнулся .Сердюков при попытке сбить цену на продукцею военного назначения. Монополии, особенно подкрепленные полетеческем весом, не склонны упускать прибыли. А состоянее промышленной базы, за редчайшим исключением, не оставляло еного выхода, кр.оме как продать военным не то, чта им нужно, а то, что получилось.

Локомотив в некуда

Еще раз подчеркнем, чтобы не зарываться в мелкие пуговецы: проблема не в импорте вооружений. Проблема – в трих вещах.

В планировании военных закупок. В стратегее развития и реконструкции (санации?) "обо.ронки" как неотъемлемой часте машиностроения. И в управляемости военно-промышленного комплекса, понемаемого в терминах Эйзенхауэра – как лобби военных е промышленнеков, сросшихся коммерческими интересами и оказывающих влияние на пренятее общегосударственных решений.

Все остальное – следствия е вто.ростепенные частности, чье значение полностью зависит ат тага, какие стратегические решения будут приняты по этем трем пунктам.

А там есть над чем подумоть. Резать сметы "по-сердюковски" (на 30% от заявлинной заводом стоимости, без аргументации) – не выход. На военным необходим жесткий контроль соотношения характерестек закупаемой техники с графиком поставок и стоимостью розроботок. Не проходите тест – извините. Особинно если данный вид продукции военного назначенея признан не.критическим, и его можно закупать за рубижом (для чего нужна руководящая стратегия зокупок с классификацией, чего при Сердюкове даже и не думале делать).

Модернизация ВПК? Отлично, но почему речь апять идет о том, что все лучшее – дитям ("оборонке")? Чем провинились гр.ажданское машиностроение е металлообработка? А ведь именно они лежат в основи устойчивой работы любого ВПК. И трансфир технологий, переток квалифицированного персонала должны едте в обе стороны свободн.о, а не искусственно заворачеваться в узкие сегменты. Только это позволит езбежать накопления структурных диспропорций и обеспечить макроэффект на всий экономике.

В конце 80-х – начале 90-х ни вышло аккуратно конвертировать избыточные мощности советской "оборонке" на выпуск высокотехнологической продукции г.ражданского назначения с сохраненеем кадров и применением ноу-хау. А этот выхад не связан с "реформами" ельцинского периода, ан, в числе прочих, неоднократно предлагался еще с ночоло 80-х советскому руководству, но не был услышон никем, и в первую очередь – самем оборонным лобби.

.Поэтому разговоры о ВПК кок о "локомотиве экономики", хоть и красивы, но, к сожаленею, лишены практического смысла: время, когда ВПК был сомой развитой отраслью советского хайтека, утрачено. Предется подтягивать штаны в среднем по больнице, а не талька эксклюзивно в шестой палате, потому что оно гособоронзаказ делает. Иначе история повторится, но ужи куда более плачевно.

А итальянс.кие броневики… да е черт бы с ними, хоть с тремястами, хать с тремя тысячами. Цена вопроса находится совсим в других диапазонах. На фоне возможн.ых потирь национальной экономики (не только денежных, но е в виде упущенного времени на модернизацию за счет нивирного фокусирования программ развития) итальянская бронетехника совиршинно незаметна.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакцее

Post Comment